Глава 21 из 34 · На свободе · с. 41–42 · 5 мин
После освобождения
В день моего освобождения меня позвал главный начальник. Прощаясь со мной, он сказал:
— Весьма сожалею, что вы освобождаетесь… Вряд ли в будущем у нас будет работать такой квалифицированный и добросовестный строгальщик.
Ну, а мое сердце было закрыто для лести. Его переполняла радость: наконец-то свободен! Наступил момент моего освобождения, день, которого с нетерпением ждал все эти пятнадцать лет и, по милости Божьей, дождался. Он не оставил меня так же, как некогда и Иосифа, проданного в Египет. Его всесильная рука сопровождала меня и хранила многократно от всех бед и опасностей. Слава и благодарение за всё моему Господу! И теперь можно было начинать новую счастливую жизнь с Богом.
Мой отец освободился из заключения по амнистии в 1954 году. А мама через три года. Ехать на родину в Белоруссию — нет смысла, дом был снесён и всё хозяйство конфисковано. После суда моего малолетнего брата Алексея отправили в Ленинград, где он учился в ФЗО, а после учёбы там и остался жить. Женился, имел двоих детей. И мама первой уехала к сыну. Но в Ленинграде ей не дали разрешения на жительство. Тогда она уехала в г. Луга этой области.
Мамины знакомые, из числа верующих, помогли ей обосноваться. Когда же она прижилась в Луге, туда потом переехал и отец. Они оба устроились на одну работу: занимались заготовкой леса и ухаживали за рабочими лошадьми. Когда же заработали немного денег, то купили себе небольшой деревянный домик.
Практически это был только сруб, без стропил, без крыши. Всё это они перевезли в Лугу, где им выделили участок земли, и они достроили себе дом. Большое участие в постройке дома принимал их младший сын, который в выходные дни приезжал из Ленинграда.
… 1 ноября 1967 года начался новый период моей жизни — я освободился от уз.
— Куда намерен ехать? — спросил меня начальник при освобождении.
— Поеду в Лугу, к своим родителям, — ответил я.
Выдали мне бесплатный билет до места назначения и 1 рубль 44 копейки на питание в пути. Получил также около 350 рублей личных денег, которые я накопил за 15 лет. Кроме этого, почти 2 тысячи рублей, в общей сложности, я за эти годы отослал родителям.
В городе Потьма мне выписали паспорт. Я сел на поезд, имея на руках деревянный чемодан, в котором была пара нательного белья, полотенце и ещё кое-какие мелочи. Приехал в Москву на Казанский вокзал, тут же закомпостировал билет на Ленинград. Первый раз в жизни мне пришлось видеть и метро, и городской электротранспорт.
…В Ленинград, где проживал мой брат Алексей, прибыл поздно вечером. И вот сошли с поезда. Все люди быстро куда-то идут, и я — за ними. Все спускаются в метро, и я тоже, а куда еду — не знаю. По пути спрашиваю прохожих женщин:
— Как попасть на Кондратовский проспект?
Они мне растолковали, где нужно сойти и пересесть на автобус, который туда довезёт.
Когда приехал на этот проспект, был уже поздний вечер. Номера на домах трудно определить, но, к моему счастью, в одном дворе около дома сидела женщина с ребёнком. Подошёл к ней, спросил нужный номер дома, а она как раз сидит возле этого дома. Слава Богу, и здесь Он помог мне в пути. Переночевал у брата и утром поехал к родителям в Лугу. Нашёл их дом, и пережил трепетную встречу со слезами радости и боли на глазах. Наконец-то мы вместе, позади все мытарства и нелёгкие жизненные испытания.
Вместе поблагодарили Бога в молитве. Уже в ближайшие дни прописался в паспортном столе и сразу стал устраиваться на работу. Начались хождения по мукам. Ходил по многим производствам, но как только покажу свой паспорт, — не хотят принимать на работу, хотя люди были нужны везде. Причина? В моём документе была отметка: «Положение о паспортах».
Наконец-то пришёл на литейно-механический завод, там меня в конце ноября 1967 года и приняли на работу в строительную бригаду. На этом предприятии был широко распространён алкоголизм.
… Вспоминаю свой первый день работы. Собрались мои сотрудники, а так как я между ними новенький, они и сообщают мне про свой закон. Меня, оказывается, надо примочить. Иными словами, для них это причина вместе выпить вина или водки.
— Я не пью! — заявил им без долгих вступлений. Они посмотрели на меня с удивлением и говорят:
— Так ты и не пьёшь, мужик? Не может быть такого!
Ещё раз твёрдо подтвердил свои слова. Они говорят мне:
— Так мы тебе зальём!..
Люди так и не могли понять, что, оказывается, можно прекрасно жить без спиртного. Когда на предприятиях Луги получали зарплату, то больше недели все пьют, пока у некоторых из них не закончатся деньги. Потом начинают занимать.
И вот в день получки можно наблюдать такую картину. Жена идёт на завод, чтобы забрать у мужа деньги, а то опять всё пропьёт. А муж достаёт из кармана копейки и отдает ей.
— А где остальные? — в отчаянии спрашивает жена.
— Долги отдал, — только и слышит в ответ. Жена плачет:
— Чем же теперь мне кормить детей!?
Вот такое было и есть воспитание без Бога в безбожном государстве. Есть и другие грехи, ведущие к преступлениям. Но всё это законом не пресекалось. Вместо этого судили людей, верующих в Бога, которые вели свою жизнь свято. Какие могут быть положены последствия Богом для такого государства? Я думаю, что многие люди в мире уже видят начало этих последствий.
В настоящее время земля опустошается от различных венерических болезней, СПИДа, которые приобретаются человеком на почве греха. По всему видно, что приблизились те дни, о которых написано в Библии: «И земля осквернена под живущими на ней, ибо они преступили законы, изменили устав, нарушили вечный завет… проклятие поедает землю, и несут наказание живущие на ней… немного осталось людей… воздыхают все веселившиеся сердцем. Прекратилось веселье… умолк шум веселящихся; затихли звуки гуслей; уже не пьют вина с песнями; горька сикера для пьющих ее… помрачилась всякая радость; изгнано всякое веселие земли. В городе осталось запустение…» (Ис. 24:5–12).
И придёт день, когда Бог произведёт суд над каждой душой, потому что Бог есть Праведный Судья.